Александр зорич общие знакомые

Александр Зорич. > Фэнтези > Семя Ветра (Пути Звезднорожденных №2)

Александр Зорич «Завтра война». Общие характеристики: Военное | Приключенческое; Место действия: Вне Земли (Планеты другой .. Видимо, А.Зорич решил изящно удивить читателей, уже знакомых с его предыдущим . Рецензии на книги Александра Зорича; Андрей Епанчин. Четыре "есть" и четыре "нет" Общих знакомых среди когорты моих приятелей не нашлось, . Александр Зорич глядели на чужиезвезды, пили наипростейшее пищевое кабернеиз литровогопластикового пакета иобсуждали общих знакомых.

Иногда, правда, это качество книг Зорича оборачивается к читателю не тем боком. Например, я хотел бы узнать о героях грустного, страшного романа "Пути Отраженных" больше, чем это, возможно, мне необходимо знать по замыслу автора.

Академия - Серия 1 / Детектив

Я хотел бы, например, знать, почему Сиятельный Князь Шет окс Лагин так мудр, одинок, несчастен. Почему у него нет ни жены, ни подруги. Но Александр Зорич отказывает мне в этом знании. Иногда даже создается впечатление, что он охраняет "тайну личности" своих героев так же бережно, как и свою собственную. И, наконец, в романах Александра Зорича нет нарочитых умствований и мудрствований. Его герои предпочитают сначала делать, а потом думать. Каким-то чудом им удается принимать единственно верное решение, не вдаваясь в рефлексию.

Александр Зорич, кажется, стремится избежать не только нарочитой пропаганды "разумного, доброго, вечного", но также отказывается в целом и от эксплуатации своих немалых познаний в теологии и философии. Никаких пафосных "идей", никаких "концепций". Можно назвать это безыдейностью как многие критики, особенно старшего поколения, и делают. Можно — хорошим тоном. Ведь фэнтэзи-роман — это в первую очередь роман действия, приключения, а не трактат или научный журнал.

Конечно, в романах Зорича нет и много чего другого — например, реактивных самолетов. Нет там троллей, эльфов, гоблинов и драконов что лично меня, пресытившегося подобными сущностями во времена ранней юности, прожитой под крылом раругга радует. Нет жеманной, передержанной, перестоявшей лирики в духе М. Но главные концептуальные отличия Зорича от собратьев по цеху состоят именно в перечисленных мною пунктах.

Уверен, именно за это многие любят Зорича. И именно за это многие его не любят. В таком случае интересно, что же там такого "есть"? Александр Зорич привнес в русскоязычную фэнтези атмосферу веселой драки. Именно веселой, удалой, бесшабашной.

Все, что касается поединков, сражений и потасовок у него великолепно. Я давно заметил, что многие тех, кто "за" Зорича, не чужды боевым искусствам — как восточным, так и западным.

Герои реалистично двигаются, профессионально фехтуют, а не машут клюшками, они действительно борются и проливают вражескую кровь. Зачастую их нешутейно трясет от страха перед противником, бывает — неверное движение ставит под вопрос весь поединок. И все это с юмором, без купюр вида "ну а потом он переколол оставшихся латников, как свиней". Если уж два врага сходятся на бранном поле — жди отменного action, и в этом Александр Зорич родствен и без меня захваленному Нику Перумову, чьи боевые сцены также являются украшением отечественной фэнтези.

Вот, например, лаконичная сцена поединка между прожженным отставным киллером Герфегестом Конгетларом и молодым послом Артагевдом из романа "Семя Ветра", исполненная внутреннего напора. Нелишне, в частности, обратить внимание на то, как точно ритмика и фразировки сцены соответствуют фактуре материала: Артагевд отстегнул свой церемониальный щиток. Они поцеловали сталь своих клинков. Они отошли подальше от крови Сорнаксов.

Артагевд был моложе Герфегеста лет на десять. И, как подозревал последний из Конгетларов, обращался с мечом отнюдь не безупречно. Во время первого же выпада Артагевда Герфегест мог убить его трижды — проткнув печень, снеся голову и распоров живот.

Но Герфегест просто парировал его удар и, чтобы было поменьше соблазнов, перешел в наступление. В защите Артагевд выглядел. Герфегест рубился почти в полную силу и с неудовольствием подмечал, что мальчишку можно, конечно, убить, но очень тяжело будет сохранить ему жизнь.

Если бы перед ним был более опытный боец, Герфегест никогда не поступил бы. Но с Артагевдом риск был сравнительно невелик. Придя к такому выводу, Герфегест быстро прокрутился вокруг себя на одном носке, перехватывая одновременно меч за лезвие, и когда он вновь увидел Артагевда, швырнул тому меч в лицо рукоятью.

Как Герфегест и рассчитывал, Артагевд не успел воспользоваться мгновением его беззащитности и едва ли вообще сообразил, что происходит. Бросок вышел очень сильным, ну а уж в верности своего глазомера Герфегест никогда не сомневался. Рукоять меча попала Артагевду точно в переносицу. Молодой Гамелин, выронив меч, схватился за сломанный нос и упал на колени перед Герфегестом.

Александр Зорич, Клим Жуков «Пилот»

Дружный рев Орнумхониоров был Герфегесту наградой, от которой он с радостью отказался бы в пользу мягкой постели. Он чувствовал беспредельную усталость. И все-таки, Герфегест нашел в себе силы проворно подхватить оба меча и высоко поднять их над головой.

Пусть все видят, что его противник безоружен — он же, Герфегест, вооружен вдвойне. У Александра Зорича есть вкус. Мне можно возразить, что вкус есть у всех писателей, в том числе у отпетых графоманов: Но у Зорича — хороший вкус. В его книгах чувствуется глаз дизайнера. Интерьеры, оружие, одежда, прически, предметы быта — все это специально сконструировано и выписано так, что невольно создается впечатление, будто ты не читаешь, а смотришь фильм, добрая треть бюджета которого пошла в карман лично Армани или Готье.

Например, мужчины у Зорича носят веера: Веер крепился к запястью шелковым шнурком, завязанным со щегольской небрежностью и выпроставшим наружу распущенные концы". Спустя всего лишь полстраницы романа "Люби и властвуй" завязки этого веера превращаются в умелых пальцах мага экстра-класса Лагхи Коалары в прядь волос любимой главным героем девушки, а в это время в руках его противника — прядь настоящая.

Герои блефуют, роковая стрела вот-вот устремится к виску Сиятельного Князя, дизайн мягко перетекает в русло action У Александра Зорича есть смелость.

Смелость плевать на ханжество критиков, читателей и редакторов. Примадонна романа "Люби и властвуй" Овель исс Тамай до знакомства с офицером Эгином, в постели которого она романтически оказывается в тот же вечер, состоит в интимной связи со своим дядей, крупным воротилой и кандидатом в князья Варана.

Упоминавшаяся уже госпожа Хармана, и без того не годящаяся в образчики классической фэнтэзи-добродетели а ля Галадриэль, совращает в романе "Пути Отраженных" некоего Элая, малолетнего сына своего друга и соратника Элиена. И все это дано крупным планом, но без малейшего похабства, и любовно выписано замечательным, эротичным языком, который, я уж думал, давно позабыт русской литературой.

И, наконец, у Александра Зорича есть серьезность. Он имеет смелость работать с классическими сюжетами например, Путешествием Герояне надругаясь над ними, не высмеивая их, без экивоков и подмигиваний, без натужных попыток "уйти от штампа", как у А.

Сапковского, вроде "Все мы, конечно, умные и опытные, и поэтому понимаем, какой все это детский сад, но Зорич берет сюжет подчас — совершенно головокружительный, как в "Путях Отраженных" и отыгрывает его совершенно честно. Если путешествие — значит, разные страны и народы, захватывающие интриги, любовь, бескорыстные герои. Сармонтазара Зорича — мир серьезный, и все там происходит всерьез. Без "прогрессоров", без взглядов "со стороны" из какого-нибудь оперетточного Института Истории, без отсылок к тому, что Сармонтазара — это мир чьей-то мечты, фантазия, галлюцинация.

Одним словом, в текстах Зорича нет пошлостей А. Сапковского и бесконечной "игры". Естественно, это нравится молодежи. Поскольку очень часто так называемая "ирония" призвана затушевывать техническую неумелость "постмодерниста", кризис авторского воображения, его неспособность "выписывать" картинку качественно, так, чтобы создавался эффект реальности.

Зорич совершенно серьезен, когда создает реальную игру Хаместир, в которую играют в Сармонтазаре. Когда пишет к ней реальные правила и обнародует их в Интернете для всех желающих. Я лично видел людей, которые, изготовив по эскизам, найденным на сайте Зорича, доску и комплект фигур, пытались в нее играть — не знаю, правда, насколько успешно.

В то же время с этой "серьезностью" связан и один существенный минус — от Зорича устаешь. В больших дозах он просто противопоказан, если не сказать несносен. Мои попытки прочесть за неделю две книги окончились дикой головной болью и сухостью во рту. Кушать фэнтези Зорича как пончики с кремом не получается, хотя — все мы грешны!

Александр Зорич, Клим Жуков «Пилот»

Кроме этого, мрачная серьезность, которая роднит двух земляков — Зорича и Дашкова, в буквальном смысле нервирует чувствительных дам. Говорят, после Зорича, как и после Дашкова, девушкам снятся кошмары. Тем большее любопытство вызвал старт нового подцикла, события которого происходят параллельно с первой трилогией. Вопреки справедливым опасениям, что книги будут во многом дублировать и повторять уже известные нам моменты, ничего подобного не произошло.

Начать хотя бы с того, что кардинально изменилось место действия — с цивилизованных и обжитых систем на Тремезианский пояс, где царствует сила, наглость и вседозволенность.

Соответственно и мотив цикла стал ярко авантюрно-приключенческим, по крайней мере, на первые две его книги. Но от сравнений пора перейти к самому циклу. В первую очередь я бы отметил живой, яркий язык, которым написаны книги. Читая его, легко представляешь героя, его мысли, настроение и поступки. На протяжении первых двух книг, авторы старательно подбрасывали загадки, и делаю сюжет интригующим и веселым. Поскольку при этом они не стеснялись вываливать на голову главного героя, Андрея Румянцева, уйму передряг и проблем.

Правда, также авторы не постеснялись и помочь разгрести. Второстепенные персонажи получились живыми и настоящими, со своими грешками и скелетами в шкафу. Кстати, у некоторых ого-го скелетищи, что, впрочем, не мешает симпатизировать героям, даже если они отъявленные мерзавцы и пройдохи.

Вообще, авантюрная атмосфера Тремезианского пояса удалась Зоричам на славу. Суровые будни, полные рутины, стали в их изложении интересными, захватывающими приключениями. Во многом этому способствует обилие технических деталей, которые придают определенную фактуру и ощущение достоверности, которого порой так не хватает космооперам. Особенно интересны главы, где второстепенные герои вовсю демонстрируют чудеса храбрости и тактической смекалки.

Изо всех сил выживают, если по простому, хотя клоны этому всячески препятствуют. Сцены масштабных сражений проработаны и выписаны безукоризненно. Яркие, сочные эпитеты, изящные тактические комбинации и секреты стратегии создают впечатляющие картины противостояния военных машин. Я уже не говорю о подробных технических деталях воздушных сражений, когда каждый маневр или момент описаны так, что перед глазами сразу же возникает четкая картинка.

Единственный минус романа — промежуточность финала. Поставив точку в войне с клонами, авторы так и не раскрыли всех тайн, связанных с рождением Румянцева, явно, оставив их для возможного продолжения.

Обилие технических деталей порадует любителей точности, но и те, кому больше по душе размах и кураж, тоже останутся довольны.

Пилот, на мой взгляд, это один роман просто поделенный на 4 части для удобства издания, границы между частями условны и читать их по отдельности или в не хронологическом порядке я бы не рекомендовал. Роман в целом не плохой. Красивый и разнообразный экшен, здесь есть битвы тысяч звездолетов, дуэли одиночных флуггеров, схватки бронетанковых войск и пехоты в экзоскилетах, брутальные драки в подворотнях и ночных клубах.

У авторов отлично получилось играть на патриотических чувствах русских читателей, за что им еще один плюс. Однако минусов тоже довольно. Роман жутко перегружен терминологией и зубодробильными названиями, читать тяжело.

Когда действие происходит вне Тремизианского пояса ориентироваться в географии происходящего становится очень сложно. Еще раздражает большое количество эпизодических персонажей Спойлер раскрытие сюжета кликните по нему, чтобы увидеть Зачем было на целую главу расписывать столкновение эрмандады и каких-то суперпрофессионалов ГАП, когда это вообще никак не повлияло на сюжет, и еще устроить теракт, в котором, погибнут проверяющие станции — это довольно глупый способ отвлечь от нее внимание.

Их смерти расследовать видимо не кто не. Очень серьезный минус особенно в начале романа — это полное отсутствие информации о политической системе мира. Герой вроде русский, учится в русской академии и планирует служить в русском флоте, но государства России нет, есть ООН и Конкордия. Русский флот вроде как принадлежит ООН, однако командует им Пантелеев фамилия явно русская Спойлер раскрытие сюжета кликните по нему, чтобы увидеть Позже мы узнаем, что флот есть не только Русский, но и Японский, Европейский и Южноамериканский, однако командует по-прежнему Пантелеев.

Система управления в этом ООН тоже какая-то вся очень запутанная, кто главный не понятно, на чьи налоги эти войска строятся тоже не ясно. Названий вооружений тоже огромное множество, к тому же авторы сами частенько путаются, то обзу у них легкий истребитель, то штурмовик. И даже к концу четвертой книги я не очень понимал, чем ракеты ягтхунд отличаются от мортелей, а главное, как это влияет на сюжет и зачем мне как читателю это знать.

Отдельно хотелось бы сказать о сюжете и персонажах. Если без спойлеров то сюжет слабоват, дыряв и крайне насыщен роялями, а истории многих интересных персонажей не раскрыты. Спойлер раскрытие сюжета кликните по нему, чтобы увидеть Начну с самых нелогичных моментов. Герой находит пиратов, они понимают, что он задает подозрительно много вопросов, решают убить. Герой вышел победителем, одного убил, одного покалечил, остальных отпустил.

Пираты, наверное, на него сильно обиделись. Но когда он попадает к ним в плен, внезапно его решают принять к. Мало того, что приняли к себе подозрительного человека, который собирал про них информацию и убил коллегу, так они еще и не забрали у него сигурд. Это 26 век, уже в наше время практически любое электрическое оборудование, можно переделать в систему слежения.

Очень глупое поведения для людей, за которыми охотиться ГАБ и эрмандада. ГАБ и эрмандада в первых книгах показаны как воюющие между собой спецслужбы, однако, когда начинается война то оперативников эрмандады записывают в штурмовую пехоты и оказываются чуть ли ни на положении штрафников. Причем воевать они идут сами, не смотря на понижение в званиях и общую бесперспективность сопротивления. Почему сотрудники частной никому не подчиняющейся компании идут сражаться за идеалы, против которых они сами постоянно высказывались.

Чем их замотивировали, почему они не пытаются переметнутся к врагу или хотя бы просто сбежать. Ведь даже не роптал не .